От моря до моря Часть первая: Калмыкия – Дагестан – Чечня

ПОСЛЕДНИЕ НЕСКОЛЬКО ДЕСЯТИЛЕТИЙ НАЗВАТЬ КАВКАЗ СПОКОЙНЫМ РЕГИОНОМ НИКАК НЕЛЬЗЯ. ОПАСЕНИЯ ЗА СОБСТВЕННУЮ ЖИЗНЬ И ЗДОРОВЬЕ ОТРЕЗАЛИ ЭТО НАПРАВЛЕНИЕ ДЛЯ «ДИКИХ» ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ, А ОБЩИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О МЕНТАЛИТЕТЕ РЕГИОНА, ПОЛУЧЕННЫЕ НА ПРИМЕРЕ ОТДЕЛЬНЫХ ПРИЕЗЖИХ «ГОРЦЕВ», НАЧИСТО ОТБИЛИ ЖЕЛАНИЕ ОТДЫХАТЬ НА КАВКАЗЕ У ЦИВИЛИЗОВАННЫХ ТУРИСТОВ. НО ТАК ЛИ НЕПРИВЕТЛИВ КАВКАЗ, КАК НАМ КАЖЕТСЯ?

ТЕКСТ: ДАНИИЛ КОЧЕРГИН ФОТО: АВТОР И АНДРЕЙ ДМИТРИЕВ

Осознание того, что мы наконец отправились в серьезную и, быть может, даже опасную экспедицию настигло лишь после 500-го километра пути. Бессмысленная суета первых дорожных часов в прах разбилась о суровую действительность: одна из машин не сможет продолжить путь! Необходим серьезный ремонт – замена бракованного диска сцепления. До этого мо- мента рваный, сумасшедший московский ритм, помноженный на эйфорию предстоящей поездки, бесцеремонно превращал ночной пейзаж в мелькающие, несвязные вспышки событий: сбор, ожидание отъезда, заправка, потеря пустых, плохо закрепленных канистр и водворение «беглянок» на место. Последнее выглядело особенно нелепым, учитывая тот факт, что теперь весь необходимый скарб, распределенный по трем автомобилям, придется разместить в двух. И все же надежда на возвращение в строй «Крокодила» (такое прозвище получил камуфлированный Land Rover Defender) оставалась. Мы условились ждать «отстающих» в Дербенте – месте официального старта экспедиции «От моря до моря 2016».

В ТИШИНЕ ЗАКАТНОЙ СТЕПИ
Наша экспедиция посвящена годовщине Великой Победы, а посему первым пунктом более или менее продолжительной остановки стал военно-мемориальный комплекс «Россошки» в Волгоградской области. Захоронение немецких и советских солдат находится на месте существовавших здесь до войны деревень Малые и Большие Россошки. Благодаря совместным усилиям бывших врагов, захоронение продолжает расти – поисковые бригады и по сей день предают здесь мирной земле тела солдат обеих стран, погибших на территории Волгоградской и Ростовской областей. К концу 2013 года здесь нашли свое последнее пристанище более 1 500 советских солдат, лишь малая часть из которых опознана, и более 50 000 немецких. Кроме того, в немецкой части кладбища установлено множество мемориальных гранитных кубов, каждая сторона которых испещрена именами без вести пропавших (более 120 000 имен). Здесь, в тишине закатной степи, то ли внутри тебя, то ли меж силуэтами сотен могил, покоящихся на фоне ярко-оранжевого мирного неба, невольно рождается беззвучный и оттого еще более леденящий душу крик: «Ни в коем случае не допустить сегодня повторения ужасающих ошибок прошлого!»

В первый день пути, уже далеко за полночь, мы добрались до запланированного места ночевки. В сорока километрах от Элисты необъятная калмыцкая степь гостеприимно приняла в свои объятия крохотные палатки путников. Здесь, на юге, в отличие от еще пасмурного и сонного Подмосковья, природа уже окончательно пробудилась. Захватившая все пространство вокруг молодая душистая полынь наполняла воздух своим мощным благоуханием и вместе с остальными травами сотнями бегущих волн подгоняла строптивый степной ветер, предсказывая нам скорую встречу с настоящим морем. Вернее сказать, с условно настоящим: как известно, Каспий никак не связан с мировым океаном и представляет собой, по сути, самое большое бессточное озеро в мире. О его морской природе говорят лишь размеры и ложе, образованное земной корой океанического типа. Но прежде чем увидеть древнее естественное море, мы посетили незабываемый хурул «Золотая обитель Будды Шакьямуни». Огромный и совершенно инородный для привычной архитектуры советского периода храм, словно сказочный замок вознесся над столицей Калмыкии Элистой – небольшим, типично периферийным городком. Храм установлен в центре мандалы, границы которой венчают семнадцать пагод со статуями великих учителей монастыря Наланда, медитирующих в позе лотоса вокруг девятиметрового изваяния своего идола, сокрытого стенами обители. Несмотря на центральное расположение комплекса, его территория утопает в тишине, нарушаемой лишь журчанием воды да хлопками молитвенных флажков. Гулять здесь можно бесконечно, однако наш путь лежит дальше…

В Россошках поисковые бригады и по сей день предают мирной земле тела солдат обеих стран, погибших на территории Волгоградской и Ростовской областей. К концу 2013 года здесь нашли свое последнее пристанище более 1 500 советских солдат и более 50 000 немецких

ДАГЕСТАН

«Нам летописцы говорят на арамейском и латыни,
что миллионы лет назад был лик
земли такой, как ныне.»
Расул Гамзатов

На границе каждого приезжего ждет весьма тщательный досмотр и стандартные для подобных мест вопросы: «куда?», «зачем?», «на какой срок?». Все очень серьезно и строго, как будто пересекаем мы не границу одной из республик, а самую что ни на есть государственную. Пограничный контроль, кстати, был только первым звоночком, напомнившим нам о том, что территория, на которую мы въезжаем, совсем недавно переживала кровавые события, а некоторые районы неспокойны и сегодня. Ушки здесь всегда надо держать на макушке. Конечно, не в том смысле, что каждого местного нужно подозревать в агрессии. Достаточно в своих словах и действиях быть всегда внимательным – наши культуры очень разнятся. Резко сменившийся уклад жизни ясно говорит о том, что мы попали в одну из самых консервативных исламских республик Кавказа. Для нас, к тому же, в одну из наименее знакомых. Однако первый же разговор с местным жителем разбил в пух и прах царящую атмосферу напряженности… В известном на всю страну ножевом (и коньячном) центре – городе Кизляр – мы остановились, чтобы купить… ножи и коньяк.

За семейной лавкой, где одну половину витрины занимали ни за что не угадаете – ножи, а другую, соответственно, коньяк (других товаров в магазине не было), присматривал молодой парень, как сам он представился – сын хозяина. Отец ножи делает, сын продает. Вот такой уклад (правда, в отношении коньяка я не уверен, что схема та же). Молодой торговец в довольно приятной и непринужденной беседе рассказал о своем товаре и помог каждому выбрать подходящую «наваху». Все дружелюбно и гостеприимно. Никакого намека на агрессию. Еще более отвлекла от тяжелых размышлений столица Дагестана!

Махачкала – шумный и современный город с привычными зато- рами на дорогах и пестрой толпой пешеходов. Мы въехали в него уже ночью, поэтому оценить общий архитектурный стиль не удалось, однако тот факт, что расположился город вдоль моря, определил его «курортную» планировку. Но самая запоминающаяся особенность Махачкалы – это не архитектура. Изюминка столицы Дагестана, как и республики в целом, это неимоверное количество автомобилей Lada Priora. Пожалуй, именно за счет продаж в Дагестане эта модель так долго держится на вершинах российских рейтингов. Например, за первую половину 2015 года в республике было продано 1235 единиц модели (самое большое количество среди региональных рынков). Вообще, северокавказский регион можно смело назвать колыбелью тюнинга Lada Priora. Какие «Приоры» здесь только не ездят! Золотая? Пожалуйста – вот вам две. С тонированными фарами? Умельцы «затонируют» так, что ни один луч света не пробьется! Останешься инкогнито в любой ситуации, даже безлунной ночью! «Уронить» пониже – еще проще: берем «болгарку», минус два витка пружин и, вуаля, ты в тренде. Вот только лифтованных «Приор» я не видел («винтажно» задранный зад – не считается). Мы со своими «дефендерами» и «патрулями» вы- глядели белыми воронами. Здесь, в Махачкале мы встретились с проводниками и остались на ночь – отставший из-за поломки машины экипаж уже нагонял нас. Интенсивный темп позволил «Крокодилу» добраться до назначенного места (1 410 км от Москвы) за рекордные 17 часов и успеть к официальному началу экспедиции, которое мы из логистических соображений решили перенести на пляж Махачкалы.

ДЕРБЕНТ, НАРЫН-КАЛА

«Взорвав» энергичным стартом золотой пляжный песок, пополнившаяся и воспрявшая духом колонна двинулась по асфальту к исторической жемчужине Дагестана – городу Дербент, а точнее, к древнейшей его части – крепости Нарын-Кала. Укрепленное поселение здесь образовалось около 5-ти тысяч лет назад, а к VIII–VII столетию до Рождества Христова оно уже успело прослыть одним из самых крупных городов-крепостей на Ближнем востоке. Площадь цитадели Нарын-Кала около 4,5 га, а оборонительные стены уходят и в горы, и в море, закрывая доступ в гавань. Общая протяженность оборони- тельных стен Дербентской крепости составляет около 70 км (из них пол- километра уходят в море). Кстати, те фортификационные сооружения, которые шли от сердца крепости к побережью, частично сохранились. На них можно полюбоваться со смотровой площадки. Однако обнаружить древние стены среди новостроя – непросто. В некоторых местах они ассимилировали с жилыми постройками, где-то сохранившиеся старые башни стали сараем или частью дома… А вот саму смотровую площадку найти труда не составит – возвышающаяся над городом, она первой встречает путников, попавших сюда через боковые ворота, прорубленные в массивных городских стенах (в некоторых местах толщина стен достигает 3 м). Здесь, как и тысячу лет назад, благодаря открывшейся панораме, каждый сможет по достоинству оценить величие Нарын-Кала и уже смиренно войти под свод тоннеля основных врат. К слову, по ширине ни в одни, ни в другие ворота не пройдут в ряд и четверо пеших – мы не в холеном европейском замке, а на историческом рубеже Востока и Запада. Здесь помпезные парадные шествия вообще не к месту! Узкие проемы и крутые лестни- цы, награда за взятие которых – невероятные виды: это, пожалуй, самая яркая особенность цитадели, если не брать в расчет бесценные с исторической точки зрения объекты, коих здесь тоже в достатке…
Самые выдающиеся – Зиндан, Ханские бани и Крестово-купольный христианский храм, датированный V веком.

Ходят слухи, что Ханская баня в Нарын-Кале выстроена по аналогии с баней в Исфахане (Иран) и способна отапливаться «одной свечой». На самом деле под «одной бесконечной свечой» подразумевается сложнейшая система отопления, действующая при сгорании выделяющихся в канализации газов, а одной свечой зажигалась смесь оксида серы и метанола, которая и горела бесконечно.

Интерактивная карта города ДербентИнтерактивная карта города Дербент

История же второй достопримечательности более приземлена: о том, что крестообразное хранилище воды на самом деле – древнейший христианский крестово-купольный подземный храм, узнали совсем недавно. А узнав, докопались до истины… Дело в том, что в V–VIII вв. Дербент был одним из главных христианских центров на Восточном Кавказе. Здесь, по сообщению Мовсеса Каганкатваци, автора сочинения, посвященного Кавказской Албании (VII в.), находился глава христианской церкви Албании, престол которого в связи с усилившейся хазарской экспансией были вынуждены перенести в столицу Партав (современный г. Барда, Азербайджан). Позже храм для совершения обрядов использовал культ огнепоклонников, основы которого уходят корнями в зороастрийские верования… Так, сходу, историческую «мозаику» Нарын-Кала понять невозможно. Крепость лишний раз доказывает, что восток – дело очень тонкое, и даже время здесь бежит по особенному: наш день пролетел незаметно, на город спустился скоротечный южный вечер. Мы отправились на ночевку в местный детский лагерь.

КАЛА-КОРЕЙШ И КУБАЧИ

Наш маршрут пролегал через горы в заброшенную крепость Кала- Корейш. Восхождение началось в районе довольно крупного поселения Маджалис. Чем дальше мы уходили, тем круче становились повороты, хуже дорога и живописнее виды многочисленных отрогов Кавказского хребта на перевалах, пока еще совсем невысоких. Теперь нам на пути встречались только небольшие аулы. Передвигаться в горах ранним утром лучше всего – не так жарко. В эти часы солнце, поднимаясь над предгорьем, неизбежно нагревает южные склоны и там, где их вершина встречается с небом, можно наблюдать рождение облаков. Белоснежные «воздушные шары» появляются в этих местах на высоте точки росы. А еще мягкий утренний свет подчеркивает сочную молодую зелень, буйно заявляющую свои права перед совсем потерявшей власть зимой. Сварливая и пронзительно шипящая холодными ветрами, старуха-зима в такие моменты окончательно и глубоко прячется в многочисленные горные пещеры, где в сырости и тишине дожидается ноября. Мир вокруг ликует ярким и насыщенным цветом. Свернув в селении Уркарах в сторону известнейшего на весь мир (но об этом позже) села Кубачи, а затем миновав реку Хулахерк, мы ушли с накатанной грунтовки на узенькую каменистую тропу. Здесь едва-едва помещалась одна маши- на, а о развороте речь могла идти только на крутых изгибах очень рельефного серпантина.

Настолько крутых, что взять очередную «шпильку» сходу неповоротливые «Дефендеры» не могли – только в два приема. Даже более проворные «Годзилла» (лифтованный Nissan Patrol на 37-х (!) колесах) и дизельный UAZ Patriot в паре мест включали «заднюю» (в прямом смысле этого слова). К счастью, нудный спуск оказался непродолжительным и вскоре привел команду к крепости Кала-Корейш – древнейшему поселению мекканских арабов. На Северном Кавказе это место было первым источником распространения Ислама, а само название крепости некоторыми толкователями объясняется как крепость, принадлежащая выходцам из арабского племени корейшитов, к которому, между прочим, принадлежал и сам пророк Мухаммед. Кала-Корейш основана на вершине труднодоступного отрога, стоящего на слиянии пяти рек – очень выгодная позиция как для обороны, так и для контроля над торговыми путями. Авторитет феодального центра Кайтагского уцмийства держался очень долго, пока инициативу в развитии не перехватил равнинный Дагестан.

Сегодня крепость представляет собой руины. Основания древних построек террасами спускаются по крутому склону. Немного фантазии – и на их месте появляются полноценные и очень добротные дома, превращая заросшую буйной порослью вершину отрога в небольшой, но густонаселенный городок. На момент нашего путешествия сохранилась лишь древняя мечеть, караван-сарай и мавзолей шейхов. Сюда довольно часто совершаются паломничества. Путники могут остаться в караван-сарае на некоторое время, ухаживая за ним как за своим жилищем. Это важная деталь: в горах погода очень переменчива, и когда буря застает тебя вне укрытия, очень важно найти убежище вовремя. Вот и сейчас: еще минуту назад ясное небо затянуло тучками, и первые холодные капли упали на землю. Пора двигаться – в дождь неприятный спуск может превратиться в сложную задачу. Но непогода лишь попугала нас, серьезный дождь так и не пошел, и мы выбрались на грунтовку без осложнений.

Следующей остановкой на пути стало легендарное поселение Кубачи, находящееся всего в семи километрах к югу. Как я уже упоминал, селение, название которого в переводе с тюркского означает «кольчужники», известно на весь мир своими ремесленниками. Издревле здесь, в историческом центре независимой области Зирихгеран (V–XVвв н.э.), обрабатывались драгоценные металлы. Именно благодаря художественным украшениям из серебра и золота, а также отделке доспехов, оружия и предметов утвари, слава о мастеровом субэтносе даргинцев «угбуган» пошла далеко за пределы Дагестана. В советские времена здесь даже был выстроен профильный завод довольно приличных размеров (настолько, что смог позволить себе иметь собственный музей), производивший украшения не только на весь Союз, но и поставлявший свои товары во многие страны мира. В настоящее время завод закрыт, а оборудование опечатано в цехах. Однако стоит только вложить в него некоторый капитал, и станки заработают вновь. Гораздо хуже дела обстоят с мастерами – старые умельцы доживают свой век, а притока молодых нет. Новое поколение бежит в город за более легкими деньгами.

ЦУГНИ

И такая ситуация повсеместна. В древнейшем поселении Цугни следующей остановке на маршруте, тоже не встретишь ни молодых людей, ни девушек. Только малые дети, сорока – пятидесятилетние мужчины и женщины, старики. А ведь в былые времена это находящееся у черта на куличках селение славилось своими мастерами по шитью одежды и обуви. Среди домашних промыслов первостепенная роль принадлежала производству сукна. У Сюргинцев (народность, населяющая эту область Дагестана) сукно было предметом обмена и вплоть до конца XIX в. являлось основным материалом для шитья нательной одежды. Для изготовления сукна (эрхъа) применяли лучшую осеннюю шерсть молодых барашков, полученную путем выщипывания. Шерсть Сюргинского участка (селений Цугни, Касагу, Наци, Нахки, Ураги, Ургани и др.) славилась повсеместно. Кроме того, в Цугни шили обувь… По преданию, название села Цугни произошло от слова цуг – середина. Селение расположено примерно на середине склона хребта, разделяющего сюргинцев и акушинцев. Вероятно, вначале это было название урочища. В селении есть своя древняя мечеть – редкость для небольших сел горного Дагестана. Чтобы добраться до нее, необходимо пройти настоящий лабиринт узеньких улочек. Здесь современные части дома надстроены на древние первые этажи, а на стенах всюду сушатся кизяки. Когда нет дерева – это лучшее топливо. Несложно понять людей, которые все делают собственными руками, всю жизнь едят только то, что выращено на собственном подворье нелегким трудом, когда они исподлобья посматривают на чистых и холеных чужаков в авто- мобилях, стоимость которых… им даже и не снилась. Конечно, они будут вам улыбаться – кавказское гостеприимство никто не отменял, однако повернувшись спиной, могут сплюнуть и пробормотать проклятья в ваш адрес. Это не религиозная агрессия фанатиков. Быть может, это проявление обычной зависти и злости на собственное бессилие? Ведь каждый раз, глядя на нас, «красивых», местные очень стесняются своей нищеты.

ЧЕЧНЯ

Лунный луч, как лезвие кинжала, на крутой волне сверкнул.
В редких крапинах огней устало спит вдали ночной аул.
Умар Ярчиев

Так уж случилось, что знакомство с Чеченской Республикой, как и накануне с Дагестаном, произошло в ночное время. Покинув Цугни, по совету местных жителей мы решили уйти на шоссе Грозный – Махачкала. В темное время суток в этих горах небезопасно. Границу пересекали уже затемно. Из сумрака выплывали до боли знакомые названия, шестнадцать лет назад накрепко вбитые в сознание очередными экстренными новостями: Хасавюрт, Гудермес, Аргун. В Грозный приехали уже за полночь. Быстрый, простой ужин и короткий сон в палатках на заднем дворе авто-мотосервиса, принадлежащего чеченским друзьям, предварили следующий день. Он наступил, хмурый и пасмурный, и прошел как-то нелепо. Наверное, из-за накопившейся усталости. Единственное место, которое нам удалось посетить – самое глубокое и большое высокогорное озеро на Северном Кавказе.

КЕЗЕНОЙ-АМ

Дорога на Кезеной-Ам полностью асфальтирована, притом качеству покрытия может позавидовать даже столичный регион – зеркало. Изначально мы планировали подъехать к озеру со стороны Дагестана по грунтовке (завальное озеро расположено на границе Веденского района Чеченской Республики и Ботлихского района Дагестана),

но так как накануне нас отправили безопасной дорогой, пришлось присоединиться к остальным туристам и добираться обычным маршрутом. В небезызвестном селении Ведено остановились купить воды, и вся команда, не упустив возможность размять конечности, разбрелась по местному рынку. Прошло около часа, и когда все собрались, обнаружили в протекторе заднего колеса «Крокодила» большой кусок проволоки. Еще полчаса решали, вытаскивать его или потерпеть до шиномонтажа. Оставили. А потом все такой же неорганизованной ко- лонной, то растягиваясь, то нагоняя друг друга, добирались до селения Харачой, после которого начался необычайной красоты серпантин. Субальпийские луга, кое-где стыдливо прикрытые тяжелым весенним снегом, еще не сбросили прошлогодний цвет – на высоте 1900 метров над уровнем моря мы опять оказались во власти ранней весны. Здесь низенькая пожухлая трава-щетина как будто сковывает истинное великолепие пейзажа, выставляя напоказ былые шрамы – многие склоны изрезаны окопами. Там, где есть такие рубцы, есть и их вечные спутники – артиллерийские (или бомбовые) воронки. Слов- но укусы гигантских тропических паразитов, вырывающих мясо из тела, взрывы здесь вырывали куски древней земли. Видно, что язвы эти затянулись совсем недавно – новизны добавляет и вьющаяся лента идеального асфальта, подобно бинту пытающаяся залатать израненную землю. Она и привела нас в другой мир… За очередным поворотом, на берегу бирюзового горного озера Кезеной – Ам открылся вид на одноименный туристический комплекс, с трудом вписывающийся в окружающий пейзаж.

Само озеро, кстати, тоже весьма интересно. Существует мнение, что оно возникло в результате появления естественной плотины, которая образовалась после землетрясения. Другая теория предполагает, что в этом месте упал метеорит. Мне ближе вторая версия. Дело в том, что в окрестностях озера (как раз со стороны естественной дамбы) есть россыпи камней, происхождение которых объяснить чем-то другим, кроме падения тяжелого и крупного предмета, довольно сложно. Есть у озера еще одна особенность: здесь и только здесь (вплоть до 1963 года) обитал редкий вид лососевых – кумжа (Эйзенамская форель), занесенный в Красную книгу, а значит, находящийся на грани вымирания. Его попробовать, конечно, не удастся, хотя ресторан комплекса сможет удовлетворить любой аппетит. За обедом мы определились с дальнейшим маршрутом. Следующая республика на пути – Ингушетия. Однако местные проводники опять отговорили нас от горной дороги – опасно. Расстроившись (но ненадолго), мы отправились обратно в Грозный, чтобы добраться до Ингушетии асфальтом и традиционно ночью пересечь границу с прекрасной «страной башен».

Продолжение следует…

Благодарим источник текста www.4x4privod.ru 

0 Comments

Leave a reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Контакты

Вы можете отправить нам письмо и мы свяжемся с вами, как можно скорее.

Sending

© RemCar4x4 Сообщество автолюбителей 2015-2017г. 

or

Log in with your credentials

or    

Forgot your details?

or

Create Account